Мошенничество в особо крупном размере.

Мошенничество в особо крупном размере – считаем и квалифицируем правильно.

  • Автор:Роман Давлетбаев
  • 0 Comment

«Как точно подметил Марк Твен, существует три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика. Я бы добавил сюда четвертый вид – статистику раскрываемости преступлений»

Приведу пример, как раздувается статистика на примере раскрываемости мошенничества, совершенного организованной группой либо в особо крупном размере – ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Стандартная схема совершения этого преступления такова. У группы злоумышленников возникает план обмануть приглянувшуюся жертву и присвоить её имущество. Им известно, допустим, что у жертвы есть определенная сумма денег, превышающая 1 миллион рублей. Умысел их направлен на завладение этой конкретной суммой конкретного человека. Преступление совершается и остается нераскрытым. Спустя какое-то время, группа подыскивает новую жертву и также завладевает деньгами более 1 миллиона рублей. После этого аферистов задерживают и предъявляют им обвинение в совершении совокупности двух преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Но есть еще одна разновидность мошенничества. Выражаясь бизнес-терминологией, злоумышленники зарабатывают «с оборота». Они не подыскивают конкретную жертву. Они не знают заранее какая сумма будет их добычей – один рубль, миллион или ничего. Их умысел можно сформулировать так – работать по схеме; кто клюнет на приманку, тот и клиент; сколько получится заработать заранее неизвестно. По этому принципу действуют строители финансовых пирамид, распространители чудодейственных БАДов, продавцы туристических путевок «в один конец» и прочие. Ущерб, причиненный каждому из потерпевших, редко превышает 1 млн. рублей и поэтому не является особо крупным размером. Но размах деятельности таких контор по «обезжириванию» доверчивых граждан велик. Итоговый куш почти всегда превышает миллион рублей.

В таких ситуациях у следователя, предъявляющего обвинение, возникает дилемма. Предъявить обвинение в совершении одного мошенничества в особо крупном размере, состоящего из многих эпизодов? Или же каждый эпизод квалифицировать как отдельное преступление и обвинить в множестве мошенничеств по совокупности? К сожалению, следователи часто выбирают второй вариант и «нагружают» обвиняемых по полной. Статистика раскрытия преступлений резко возрастет. На мой взгляд, такое избыточное вменение не соответствует действующему законодательству, наносит ущерб принципу единства правоприменительной практики и приводит к необоснованному обвинению и осуждению граждан.

Приведу пример из практики. Мной осуществлялась защита обвиняемого в совершении ряда мошенничеств в составе организованной группы в особо крупном размере. Следствие дало следующее описание тем событиям. Группа из более 10 человек объединилась для обмана граждан, ранее пострадавших от деятельности финансовой пирамиды МММ. В их распоряжении имелась база данных этих людей и сведения финансового характера, позволявшие входить к ним в доверие. За некоторые комиссионные гражданам предлагалось вернуть деньги, ранее растворившиеся в МММ. В итоге, счет потерпевшим шел на сотни, средний размер перечисленных ими сумм был порядка 100 тысяч рублей, а итоговый куш был более ста миллионов рублей.

Каждому из обвиняемых, в числе которых был и мой клиент, было предъявлено обвинение в совершении совокупности от 3 до 18 преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159. УК РФ, в зависимости от личного вклада в общее дело. Юридически дефектное постановление следователя о привлечении в качестве обвиняемого я успешно обжаловал.

В указанном постановлении следователь сам утверждал, что мой подзащитный являлся членом организованной группы, которая была создана для совершения мошенничества в особо крупном размере, имела своей целью получение незаконного обогащения, специализировалась на хищении денежных средств граждан под предлогом возврата ранее вложенных ими денежных средств в финансовую пирамиду. Следователь констатировал, что мошеннические действия совершались одновременно и параллельно в отношении всех потерпевших. Схема совершения деяния была едина и не претерпевала изменений или доработок для обмана конкретного потерпевшего. Единый умысел заключался в обмане неопределенного числа граждан на неопределенную сумму. У обвиняемых не возникал перед совершением очередного звонка «клиенту» новый умысел на совершение нового преступления. Причиненный ущерб, превышающий один миллион рублей и позволяющий отнести мошенничество к особо крупному, является суммарным.

Указанные сведения о совершении мошенничества в составе группы, с единым умыслом, целями, способом и временем совершения деяний говорят об отсутствии совокупности преступлений.

Квалификация таких деяний как совокупности преступлений противоречит требованиям ч. 1 ст. 17 УК РФ. В целом, российскими судами выработана устойчивая практика квалификации продолжаемых преступлений. Так, в действующем по настоящее время  Постановлении Пленума Верховного Суда СССР «Об условиях применения давности и амнистии к длящимся и продолжаемым преступлениям» от 04.03.1929 г. даются общие признаки продолжаемого преступления (п. 2). Здесь, в частности, говорится, что продолжаемые преступления складываются из ряда тождественных преступных действий, направленных к общей цели, и составляют в своей совокупности единое преступление. В качестве признаков продолжаемого преступления выделены: 1) действия по каждому эпизоду являются преступными; 2) действия по каждому эпизоду являются юридически тождественными; 3) все действия направлены к общей цели. Также в п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» от 27.12.2007 г. № 51 предусмотрено, что как хищение в крупном размере должно квалифицироваться совершение нескольких хищений чужого имущества, общая стоимость которого превышает двести пятьдесят тысяч рублей, а в особо крупном размере — один миллион рублей, если хищения совершены одним способом и при обстоятельствах, свидетельствующих об умысле совершить хищение в крупном или особо крупном размере.

Формулировки УК РФ и постановлений Пленума Верховного Суда РФ прозрачны и позволяют с легкостью отграничить единое продолжаемое преступление от совокупности множества преступлений. Несмотря на это, суды не выработали единого подхода к квалификации подобных преступлений. Показателен следующий пример. Московский городской суд в 2015-2016 г. рассмотрел апелляционные жалобы на ряд приговоров разных районных судов города Москвы. Дела абсолютно аналогичны тому, в котором я осуществлял защиту (массовый обзвон потерпевших операторами колл-центров МММ по базам данных, большое количество обвиняемых и потерпевших). При этом, районные суды пришли к разным выводам. Часть судов расценила содеянное как совокупность множества мошенничеств, а другая часть – как единое продолжаемое мошенничество. Разумеется, размеры наказаний по этим приговорам отличались существенно.

Вы удивитесь, но Мосгорсуд подтвердил правильность и законность всех этих (абсолютно разных) приговоров. Вывод неутешительный – даже в одном суде может быть разная практика разрешения обозначенного вопроса.

Добиться правильного применения уголовного закона на практике довольно сложно, но вполне по силам опытному адвокату, специализирующемуся на уголовных делах о мошенничестве. Обращайтесь к профессионалам и не расплачивайтесь годами свободы за красивый полицейский отчет.

Опубликовано в: Полезное

Комментарии

Нет ответов к записи “Мошенничество в особо крупном размере – считаем и квалифицируем правильно.”

Пока без коментариев

Добавить комментарий